Человек КНИТУ: Алексей Князев

Фразу “я гуманитарий” стены Технологического слышали, наверное, сотни раз. Уверен, что и тебе, дорогой читатель, нередко доводилось видеть этих изнывающих “гуманитариев” перед контрольной по математике. Что ж, никто не покушается на их способности, кроме того, в своей группе, пожалуй, именно я этот гуманитарий и потому имею моральное право писать это слово в кавычках. Но сейчас о другом. Я хочу рассказать историю, достать из долгого ящика которую меня побудили беседы нетехнического кружка нашей группы. Беседы в духе “как я сюда попал? и что меня ждёт после универа?”. Сюжет в них практически всегда одинаков: рассказчик поступил в Технологический в результате нерешённого конфликта между сердцем и разумом, учиться ему не нравится и будущее кажется туманным, а прервать эту череду неосмысленных действий мешает либо армия, либо страх перед неизвестностью. Классическая история знакомая абсолютно всем без разбора, однако поставив в неё творческого студента, мы получим вечную тему выбора между стабильной жизнью “как у всех” и любимым поприщем. В общем, как не закинуть любимое дело на антресоль и перестать метаться из крайности в крайность я хочу рассказать на примере одного человека, что работает в нашем вузе.

Этого человека зовут Князев Алексей Никонович, он работает лыжным тренером. За спиной у него побеждённый ревматизм сердца и звание мастера спорта по лыжному двоеборью. Сейчас Алексею Никоновичу 76 и в свободное время он рисует картины.


Я решил с ним познакомиться, когда увидел его за работой над ними. Это было ещё на первом курсе в подвале общежития, в котором у моей группы проходила физкультура. Меня очень поразил контраст между его работами и условиями, в которых они создавались: в качестве холста Алексей Никонович использовал кусок фанеры, а сидел на табурете, на который был надет стул со сломанной ножкой, но мягкой сидушкой.

Тогда, в ещё не знакомом образе Алексея Никоновича, я нашёл олицетворение своих стремлений: “нарисовать картину самыми дешёвыми красками” всем назло и всему вопреки, как это было в одной книге. Любому перваку, оказавшемуся в заложниках своих ожиданий это, пожалуй, знакомо.

Однако поговорив с ним я нашёл куда больше чем ожидал. Я нашёл искреннего и доброго человека, что трепетно относится к истории своей малой Родины. Человека, с широчайшей душой, что любит природу и вообще всё живое. Я нашёл счастливого супруга, отца и дедушку. Я нашёл по-настоящему счастливого человека. Но для счастья, для этого душевного равновесия ему пришлось пройти нелёгкий путь, и вот с чего начинается его история.


В 16 лет Алексею Никоновичу поставили диагноз - ревматизм с осложнением на сердце. Из-за болезни он не смог закончить старшие классы и спустя какое-то время диплом о среднем образовании пришлось получать в вечерней школе. Об этом периоде Алексей Никонович вспоминает: “Припадки такие были, что как будто иголку под рёбра суют; вот так согнёшься и ждёшь пока отпустит, ну, а отпустит - так сразу и радостно. Положили меня в больницу, там кололи что-то полтора месяца, а потом отпустили под расписку родителей. Кстати говоря, у меня кровь, как я только в больницу попал, была 31 (реакция оседания эритроцитов), при норме 2-4, а после выписки 21. Помню, как другие больные шептались в палате, что мол ему-то до 45-ти дай Бог дожить; ну сейчас уж мне 77-й год идёт.” На вопрос о том, что помогло победить болезнь, отвечает - терпение.

После выписки из больницы Алексей Никонович начинает активно заниматься спортом - играет в футбол, бегает, встаёт на лыжи. Спустя какое-то время даже попадает в сборную Татарстана, и успешно выступает в биатлоне. Параллельно с этим он учится в ремесленном училище на электромонтёра. После получения корочек поступает в вечернюю школу, а затем в армию.

Срочную 3-х годичную службу Алексей Никонович проходил в Германии. В воспоминаниях об армии останется практически полное отсутствие снега, а значит и тренировок. Однако после дембеля это не помешает нашему герою выполнить разряд мастера спорта по лыжным гонкам и прыжкам с трамплина (лыжное двоеборье) и поступить в московскую академию физической культуры и спорта.

“Пробовал 2 раза у нас в Казани поступать, - вспоминает Алексей Никонович, - не смог, откровенно говоря по национальному вопросу не пустили. Но зато в приёмной комиссии я тогда познакомился с девушкой, она-то мне и посоветовала в Москву поступать. И знаете, это настоящая судьба я вам скажу, потому что потом я поступил на заочку и мы поженились”. Отучившись 5 лет в академии, Алексей Никонович станет профессиональным тренером и даже подготовит пятерых мастеров-лыжников.

А вот живописью он серьёзно занялся только 17 лет назад: “Сами понимаете, семья, дети, работал на двух работах. Куда уж там до рисования? Но я знал, что это есть во мне, просто знал, что когда-нибудь да получится, и вот, сейчас радую людей своими картинами. Я вообще радовать людей люблю.” В конце нашей беседы я спросил Алексея Никоновича чего бы он пожелал молодому поколению? Вот что он ответил: “Недавно у моей внучки был день рождения, ей исполнилось 11 лет. И я ей пожелал не гнаться за оценками и похвалой учителей, а смотреть как бы в жизни себя поставить. Вот, пожалуй, и всем того же желаю. Живите в мире с природой и человеком, просто будьте людьми.” Мы говорили ещё на очень разные темы: коснулись истории его деревни (что называется, кстати, Болгары), поговорили о религии и политике. Алексей Никонович рассказал о своей семье, братьях, внуках.

Такой же разной, на мой взгляд, станет для каждого и история нашего героя: кто-то найдёт в ней пример спортивного духа, кто-то вдохновляющий творческий путь. Я же в истории Алексея Никоновича нашёл пример счастливого человека. Счастливого потому, что тот делает то, что по-настоящему любит. Банальная формула - делай то, что любишь и будешь счастлив, но почему-то несмотря на её тривиальность вечная тема выбора между безрадостным комфортом и мечтой не перестаёт быть вечной, правда? В общем, перед тем как расплыться в нравоучениях и приблизиться к ответу на вопрос, поставленный в первом абзаце, стоит разобраться как наш гуманитарий вообще попал в такую ситуацию, где ему приходится делать то, что совсем не по душе.

Итак, страдающий творческий студент оказывается не на том месте, чаще всего, из-за первой серьёзной неудачи в своей “карьере”. (В общем-то любая крупная неудача это результирующая многих маленьких, но сейчас не об этом). Эту неудачу всегда можно декодировать как прочную предпосылку к отсутствию признания. Например, гуманитарий не поступил в желанный вуз, а поступил куда смог, чтобы всё было не хуже, чем у других. Он вообще-то любит рисовать, но без диплома назвать себя художником он не может. Другое дело, если бы он мог хорошо продавать свои картины… но в это как-то слабо верится, так что холст пока полежит на антресоли. Именно в этом, на мой взгляд, главная проблема - мы хотим быть кем-то, но не делать что-то. А счастье, как показал пример Алексея Никоновича, ровно в другом. И если ты делаешь что-то от души, работаешь на процесс, то ты просто не можешь остаться без признания - продукт твоего творчества найдёт отклик в твоём окружении, как картины Алексея Никоновича нашли отклик во мне.
И этим текстом я не призываю вас послать рутину к чёрту и уж тем более не желаю корить покорившихся гуманитариев, но, если ты задумаешься над тем, что тебе по-настоящему доставляет радость, я уже буду счастлив. По крайней мере, просто не забудь, что где-то на полке той пресловутой антресоли лежит недоделанный натюрморт, вернуться к которому сейчас ещё не поздно. Хотя бы не позволяй ему пылиться.


Андрей Мартыгин,

Фото: Владислав Фаисханов